BACK in the USSR: БУМАЖНЫЙ КЛОЧОК СЧАСТЬЯ

1985 год до сих пор вспоминают не без сочных нецензурных эпитетов. Горбачевская антиалкогольная кампания вылилась в многотысячные беснующиеся толпы у уцелевших винно-водочных магазинов столицы Забайкалья. И если в теплое время года это еще не так резало глаза, то зимой толпы страждущих стали напоминать повстанцев в историческом октябре 1917-го. Спасаясь от холода, люди, проводившие в очередях  по несколько часов, жгли все, что подворачивалась  под руку.

 Привет от Михал Иваныча

Возле специализированного винно-водочного магазина №125 по ул. Журавлева, 106 (сейчас – магазин «О`кей»), был полностью сожжен деревянный заборчик, огораживающий газон. Дворы соседних домов постигла та же участь. Милиция предпочитала не вмешиваться – ей хватало дел по предотвращению давки внутри магазина. Указание на этот счет были даны самые строгие – с начала ограничения часов продажи спиртного в Чите, как минимум три человека погибли в толпах. Еще несколько десятков были искалечены. В «винополку» часто заезжали на головах других страждущих, прыгая в толпу с крыши торговой точки. Пора было принимать контрмеры.

Говорят, что первый секретарь обкома партии Михаил Иванович Матафонов,  лично увидев толпу у магазина, отпустил несколько нелестных фраз в адрес отца перестройки, и тем же днем запросил Центр – что делать с очередями. Ему посоветовали использовать томский опыт, где талоны на водку были введены уже с начала действия указа. Отметим, что Томск курировал из ЦК бывший первый секретарь томского обкома Егор Лигачев, которой являлся главным инициатором антиалкогольного закона. И вот с начала 1986 года, сперва читинцы, а затем и жители области впервые получили в руки невзрачные бумажные квадратики с надписью «Водка. Чита. Январь 1986 г». С обратной стороны ставилась печать профкома организации, где выдавался талон.

Валюта времен перестройки

Ломанувшиеся утром 1 января 1986 года в магазины по привычке люди, опешив, взирали на табличку: «Водка – по талонам!». Свободно можно было пока купить лишь сухое вино, но суровым жителям последней на свете Империи эта кислая водичка не могла доставить радости и отдохновения. И выходя из профкомов, они в который раз склоняли фамилию генсека со всеми возвратными глаголами, обозначающими половой акт в извращенной форме.

На один талон в месяц можно было купить две бутылки водки по госцене, которая тогда составляла 10 р. 50 коп. На черном рынке бутылка стоила уже от четвертака до тридцатки. Поэтому талоны моментально обрели свой курс и стали еще одной внутренней платежной единицей. В 1986 году цена талона доходила  до пяти рублей за штуку.

Спрос и предложение

Талоны почти открыто предлагались у каждого магазина, где был винно-водочный отдел. Продавцы (чаще – женщины, из гастролирующих в Чите этнических группировок) томно обмахивались  пачками талонов как веерами, и к вечеру распродавали все запасы.

Печатались талоны в областной читинской типографии. Оттуда и была утечка. По некоторым данным, печатники зарабатывали на каждом талоне рубль. Продавцам оставалось лишь оттиснуть печать какого-нибудь кооператива, не существующего в природе, но де-юре имеющего право обеспечить своих работников талонами.

Как напечатать деньги

Печати делал мастер, работающий на читинском Экспериментальном предприятии художественных промыслов. За время действия талонной системы он сумел купить Жигули – «восьмерку», видеосистему и заработать деньги на открытие своего кооператива. Сейчас это – уважаемый читинский бизнесмен средней руки.

— Печати делались тогда не так как сейчас. Текст и форма набирались типографскими шрифтами, потом форма выдавливалась на формовочном картоне, и затем уже с нее делались резиновые нашлепки, — вспоминал потом теневой делец эпохи перестройки. – За печать я брал две сотни. А менять их приходилось примерно два раза в месяц, что бы глаза не намозолить продавцам, да и ментам. Все равно проверки – то были. Сперва с городскими спекулянтами работал, кстати, они сами на меня вышли, потом стали с области люди подъезжать. В общем, это были золотые дни моей жизни,  — со вздохом вспоминает он.

Обесценивание

 К 1987 году рынок поддельных талонов был переполнен, и цена упала до трех рублей. Однако власти еще держались за это ноу-хау. В городе уже вовсю действовало созданное по указу свыше Общество трезвости, но и его члены не отказывались от вожделенных кусочков с заветной надписью «водка». А власти ввели уже талоны и на вино и коньяк. Такая ситуация была  удостоена внимания центральной прессы – весной 1987 года в «Советской России» был опубликован фельетон «Пьяный талон в зоне трезвости», где областное руководство подверглось жесткой критике. От председателя совета общества трезвости  Граяускайте до последнего работяги – никто не отказывался от талонов. В области был зафиксирован единственный случай и о нем даже рассказал «Забайкальский рабочий»:  свои талоны добровольно сдал слесарь-сантехник городской детской больницы № 2. Но количество поддельных талонов не убывало. И тогда было принято решение продавать спиртное через профкомы предприятий. А вскоре по талонам стали продавать уже все – от мыла до сахара. Но это уже совсем другая история…

 

На фото: талоны, выданные в Чите в 1990 году.

                          Фото «К»

502 12 0 Вы уже голосовали
вернуться на главную

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.


2 + 9 =


Дед Мороз 8-914-522-84-84
portrait
portrait
portrait
chita.cok24.ru
СМС-75
http://kiberservis.ru/