BACK in the USSR: Партизаны мирного времени

И вот идешь ты домой, заглядываешь по дороге в почтовый ящик, берешь  «Советский спортом», ужинаешь,  чем Бог послал, вытягиваешься на диване в ожидании очередной серии «Место встречи изменить нельзя» и тут – дзынь в дверь! – Вам повестка! И начитается семейная паника, причитания и легкая нервозность. Это почтенного главу семьи забирают в армию. А точнее – на сборы.

Сборы на сборы

В повестке (обычно ярко-красного цвета: для пущей важности) кроме всего прочего, значилось: при себе иметь кружку, ложку, миску, и запас продуктов на трое суток. И вот жены и матери варили, жарили, парили; с антресоли  извлекался старый рюкзак, и наконец,  защитник отечества отбывал исполнять свой долг. На два месяца.

Военные сборы по переподготовке рядового и сержантского состава, как и офицеров запаса, ввели еще в 30-тые годы ХХ века и возобновили после глобального сокращения Вооруженных сил при Хрущеве. Согласно законодательству, такие сборы должны были обеспечить поддержание в боеготовности огромной армии запасников. На деле все было гораздо веселее. Впрочем, вернемся к сборам. Вместе с посудой и сухпайком, разумеется, 30 – 40 летние солдаты прихватывали с собой, сами понимаете, что, дабы легче пережить тяготы и лишения первых часов службы. Крепкие напитки маскировали под чай, компот, сок, или прятали в резиновых емкостях типа грелки. Досмотр, конечно, был, но как-то неловко было 20-летним сержантам шариться в вещах взрослых дядек. Поэтому, в ожидании отправки в часть, на областном призывном пункте в Антипихе шло великое пиршество. Как правило, запасов не хватало, и тогда отряжались гонцы. Вспоминая опыт самоволок на срочной службе, почтенные отцы семейств, передовики производства и профсоюзные деятели перелезали через забор, и воровато озираясь, чесали к ближайшему гастроному.

 

У вас товар, у нас купец

 

Наконец за этой веселой полупьяной и анархически настроенной братией прибывали офицеры. И тут начинался торг – каждый хотел заполучить себе либо хороших специалистов – механиков, дабы навести порядок в автопарке, либо художников – оформителей для поднятия на должный уровень агитационной работы в части, либо же работников торговли – для установления дальнейших деловых контактов. Никто не хотел связываться со слабосильной и бесполезной в практическом отношении «гнилой интеллигенцией» и мало кто радовался прибытию жителей отдаленных республик СССР.

 

Вещевое довольствие

 

Разумеется, форму выдавали. Из т.н. «обменного фонда». Шинели, «хэбэшки», пилотки или были до комичности велики, или наоборот. Трещали по швам. Петлицы и погоны нашивались абы как, для проформы, а бляха ремня, как и положено старым солдатам, висела в районе мужского достоинства. Прибавьте сюда гражданские прически, усы и бороды – и поймете, почему таких воинов называли партизанами.

 

Лагерь военного режима

 

Партизанить забирали в основном летом – что бы разместить всю эту гражданскую вольницу в палатках, подальше от казарм со срочниками. Дисциплинка была еще та – строем, конечно, ходили, и команды исполняли, но – как далеко это было от образцовых строевых приемов. Да и молодые офицеры особо не зверствовали – в строи порой по возрасту стояли их отцы. Впрочем, занятия строевой и огневой подготовкой были по большей части формальными, главной была работа по специальности. Кто не нашел своей ниши в этой армейской среде, занимался хозработами. Нет, конечно, если на сборы призывались бывшие солдаты, имеющие воинскую специальность, они водили танки и БТРы, работали на рациях и радиолокационных станциях, оказывали первую медицинскую помощь и готовили еду. Но после ужина наступало свободное время и на некоторое время освободившиеся от семейных пут мужики предавались невинным развлечениям, вроде бесконечной игры в «1000» или в домино. Если лагерь базировался недалеко от населенного пункта, те, кто помоложе, начинал наведываться в гости к селянкам.  В случае правильного ориентирования на местности, прибывал в лагерь только к подъему – не выспавшийся, но счастливый. А иной раз и спасался бегством от погони, устроенной местными мужиками, оберегающими свои «огороды».

Разумеется, пили. Было бы нелепо и ханжески отрицать это. Порой пьянки носили повальный характер, а когда кончались деньги, на водку меняли все, что …ну скажем так, удавалось раздобыть в части. Любопытно, что в этот процесс втягивались даже совершенно непьющие на гражданке люди.

Наказания были, но по большей части носили формальный характер. А что было делать?

 

В партизаны б я пошел, пусть меня научат!

 

В среднем каждый воин запаса призывался на сборы не чаще двух раз, с промежутком не меньше трех лет. «Откосить» от исполнения этой обязанности было довольно просто – многие уже обзавелись хроническими болячками, и у многих, опять же, были знакомые доктора. Но были и настоящие фанаты, готовые призываться хоть каждый год. Во-первых это те, для которых действительная служба на всю жизнь осталась самым ярким событием. В-вторых, те, кому поперек горла стоял быт, и они готовы были менять супружеский долг на военный. В истории читинского областного военкомата был уникальный случай, когда один из работников ЦРММ умудрился побывать на сборах аж восемь раз! Каждое лето он сам наведывался в военкомат и справлялся: нет ли недобора по «партизанам»? Недобор был всегда,  и он с легкой душой отправлялся в ставшей родную Борзю,  ковыряться в танковых двигателях. Это у него  называлось «вторым отпуском». На работе его ценили как высококлассного механика и улаживали все формальности. Вернувшись со сборов, этот доброволец, как правило, не пил почти полгода. В конце концов, за время «партизанщины»,  он умудрился удостоиться должности «комендант укрепрайона».

 

Учись, студент!

 

Лица с высшим образованием, закончившие ВУЗы, где была военная кафедра, тоже призывались на сборы – офицерские. По сути, они почти не отличались от обычной службы в «партизанах», только большей часть командовали (вернее пытались командовать) своими рядовыми коллегами. Таким образом, в запасе они дослуживались до максимально возможного звания «капитан».

И сами студенты летом полтора месяца проводили в лагерях, где в очень  усеченном варианте. Но все же познавали все прелести армейской жизни – марш-броски, ОЗК, стрельбы и наряды вне очереди.

Единственный минус – финансовые потери. За время службы солдатам выплачивались 7 р. 50 коп, сержантам до 28 рублей, офицерам – в зависимости от должности и звания. А по основному месту работы им начислялось 75% от среднего заработка. Но никто не роптал ибо – так было надо.

 

487 17 0 Вы уже голосовали
Метки: ,
вернуться на главную

Комментарии (1)

  1. А я знаю этого мужика с ЦРММ! Терехин фамилия. Он нас задалбывал рассказами про армию. Хорошая статья, как в прошлом побывал.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.


6 + 9 =


Дед Мороз 8-914-522-84-84
portrait
portrait
portrait
chita.cok24.ru
СМС-75
http://kiberservis.ru/