BACK in USSR: Наше военно-спортивное детство

Главная радость – ура, не учимся! Пара свободных от занятий суббот – в сентябре и апреле предвосхищали не только «день закрытых дверей» в школе, но и говоря песенным языком, «щемящее чувство дороги». А так же азарт соревнований в условиях, приближенных к боевым. Все это называлось – военно-спортивная игра «Зарница».

 

Шагом марш!

 

Старый отцовский рюкзак собран с вечера. В нем – бутерброды, яйца вкрутую, соль, сахар и пачка «36-го» чая, а так же эмалированная кружка. Все по-взрослому. И вот дана команда – марш!

Колонна растянулась по ул. Журавлева на полкилометра. Еще бы – не менее четырехсот человек! Говорливый поток движется в сторону леса, заставляя жителей окрестных домой выглядывать с балконов – что за процессия шагает? А процессия шагала до заветной поляны на Первом ручье. Там, уже в течение двух десятков лет, ученики окрестных школ бегали, прыгали, стреляли и кидали гранаты. Ну, почти как настоящие.

Путь на поляну лежит через Центральное кладбище. Там начинаются разговоры про мертвецов и привидения. Колонна заметно поджимается – никто не хочет отстать и остаться один среди могил.

 

Военно-учетные специальности

 

За неделю до выходя в каждом классе царит ажиотаж: распределяются звания и должности. Все рвутся в снайперы – что бы пострелять из старенькой пневматической винтовки, а если повезет, то и гордо нести ее —  от школы и обратно. Другая «хлебная» должность – костровой. Его обязанность – натаскать хворост и вскипятить воду для чая в эмалированном ведре. И никаких тебе кроссов и прыжков.

Не попавшие в снайперы делят должности саперов, санитаров и прочих военно-прикладных специальностей. После построения старшеклассники, которым уготована роль судей на этапах, вальяжно расходятся по своим участкам,  а мы дружно стартуем.

 

На поле боя

 

Все происходит скомкано, сумбурно, но весело. Меткость стрелков оценивает сам военрук по кличке Бэзел. Меднолицый отставной подполковник, с седой проволокой волос, он слегка трясущейся рукой вписывает результаты в блокнот,  явно мечтая поскорее накатить из заветной фляжки.

Затем – зона поражения от ядерного взрыва. Надеваем противогазы. Веселый девятиклассник покуривает с оглядкой на поляну, и шурует палкой в небольшом, но сильно дымящем костерке.

— Ложись! Сейчас рванет!

Мы участвуем в «Зарнице» впервые, и поэтому, безоговорочно веря ему, падаем, как нас учили на занятиях по гражданской обороне: ногами к эпицентру, и обхватив голову руками.

— Ну и пни! – с интонациями будущего сержанта говорит старшеклассник и отпускает нас с Богом на минное поле.

Минером был я. Палкой с гвоздем на конце я наугад тыкаю в землю на участке размером с дачную грядку. Тыкаю до сих пор, пока не нахожу все пустые консервные банки. Это и есть мины. Теперь от меня зависит судьба отряда. Как выяснилось – отряд потерял несколько бойцов. Одну банку я все-таки пропустил.

— Все, ты покойник – говорит ответственный за участок «старшак» Афоня, — у тебя голова в одну сторону улетела, а жопа — в другую.

Рубеж метания гранат не представляет для нас никакого интереса – то же самое мы делаем и на уроках физкультуры. Да и вообще, всем уже поднадоело таскаться по окрестным сопкам. И есть хочется.

 

Война – войной…

 

Подведение итогов, объявление победителей под жидкие аплодисменты и – к кострам! Свежий воздух и активные боевые действия разбудили аппетит, как на первом месяце срочной службы. Костровой собирает все имеющиеся пачки чая и сыпет их содержимое в уже закопченное ведро. На общую скатерть из газет выкладываются весь имеющийся провиант.

К нашему костру классная руководительница зовет двух стесняющихся сержантов из шефской части. Они тоже принимали участие в судействе.

— Ребята, угостите наших солдат!

Перед сержантами мгновенно вырастает гора бутербродов. Они степенно пьют чай и идут знакомиться со старшеклассницами в ярких обтягивающих брючках, которые уже давно фланируют туда–сюда мимо защитников отечества. А мы после еды с визгом носимся по поляне, форсируем ручей и играем в «Пиратов ХХ века», фильм о  которых недавно снес напрочь наши мозги. Ученики постарше кучкуются возле признанного школьного гитариста, который старательно тянет  неокрепшим тенорком «Вот ты опять сегодня не пришла…».

 

До последней капли

 

Мы любили играть в войну. Мы делились на русских и немцев, а иногда на красных и белых – генная память – сильная вещь. Мы ходили по несколько раз  на одни и те же  фильмы о войне, и были уверены, что и нам придется повоевать с Америкой или Китаем. Мы умели шить ватно-марлевые повязки, бегать в противогазах и с юных лет разбирать и собирать автомат Калашникова.

Не служившие в армии мужики считались людьми второго сорта, а конкурс в военные училища не уступал театральным. Мы рассказывали анекдоты про Брежнева, хотели носить джинсы и слушать рок. Но никто бы из нас  не предал страну ради этих удовольствий. Мы были уверены в своем завтра и готовы были защищать его до последней капли крови.

 

576 20 0 Вы уже голосовали
вернуться на главную

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.


8 + 8 =


Дед Мороз 8-914-522-84-84
portrait
portrait
portrait
chita.cok24.ru
СМС-75
http://kiberservis.ru/